Как и почему МУП «Водоканал» оказался в числе банкротов
Так уж получилось, что за последние полтора года я написал более 70-ти публикаций, посвящённых работе нашего городского МУП «Водоканал». Всё это время я изучал работу предприятия изнутри, общался с его руководством и сотрудниками, вникал в архивы и матчасть. Поэтому нет ничего удивительного в том, что мне неоднократно задавали вопрос: «Как получилось, что предприятие, являющееся фактически монополистом в сфере водоснабжения и канализации города, убыточно и оказалось в стадии банкротства?» Развёрнутый ответ я привожу в этой статье.
Постсоветская агония
Нет никаких сомнений в том, что в советское время городской Водоканал был предприятием вполне успешным, крепким и стабильным, и вполне очевидно, что беды здесь начались с переходом страны на капиталистические рельсы. Эту встряску не пережили многие отраслевые гиганты, ещё недавно казавшиеся незыблемыми. Огромные заводы сжались до отдельных цехов, раздав свои территории под коммерческие склады, колхозы забросили пахотные земли, ведомственные учреждения перешли в разряд неприкаянных. Есть, безусловно, и исключения: отдельные предприятия, оправившись от первого шока, сумели-таки оптимизировать свою работу и успешно встроиться в условия новой рыночной экономики.
Характерный пример – Сергиево-Посадская Электросеть (СПЭС). Став открытым акционерным обществом, эта организация уже в середине 90-х смогла привлечь инвестиции и от упадка перейти к развитию, за которым последовал настоящий расцвет. Сегодня СПЭС – одно из образцовых предприятий региона в своей отрасли. Увы, когда плановое и ведомственное финансирование перестало существовать, в «Водоканале» не нашлось, говоря современным языком, эффективных кризис-менеджеров. Переоформившись в МУП (муниципальное унитарное предприятие), организация по старой привычке привязалась исключительно к бюджетным деньгам и продолжила своё существование по инерции. На протяжении следующих двух десятилетий именно эта инерционность медленно, но верно губила предприятие.
В условиях российской рыночной экономики образца 90-х и начала нулевых у частных предприятий был ряд существенных преимуществ перед бюджетными. Частник – это хозяин, он всегда стремится к прибыли, росту предприятия, а значит, следит за эффективностью его работы, привлекает инвестиции, ищет схемы кредитования и оптимизации расходов. У бюджетника такой острой необходимости выживания на рынке нет: главное – поддерживать предприятие на плаву и исправно платить зарплату. Этим в «Водоканале» долгое время и занимались. У организации был неплохой запас технической прочности, оставшийся с советских времён, средства из бюджета выделялись, зарплата выплачивалась…
Время временщиков
Неэффективность, с которой эксплуатировалось хозяйство «Водоканала» на протяжении многих лет, - это, вне всяких сомнений, одна из ключевых причин его нынешнего банкротства. Последние по-настоящему капитальные вложения в строительство и техническое оснащение предприятия были сделаны в 70-х годах. Зато руководство в 90-е и нулевые не скупилось на содержание огромного штата сотрудников, не задаваясь вопросами о его оптимизации. Напротив, директора в разное время активно приращивали его своими людьми, превращая бюджетное предприятие в некий собес.
Популярной версией, объясняющей бедственное положение «Водоканала», является ёмкое слово «разворовали». Действительно, глупо и наивно исключать коррупцию, рассматривая вопрос о крупном муниципальном предприятии, учредителем которого является администрация. Такая «химическая реакция», как смешение бизнеса и власти, в осадке почти всегда даёт коррупционный элемент.
За послеперестроечные годы директора «Водоканала» менялись с периодичностью раз в несколько лет. Часто их смена совпадала со сменой руководства района и города. Даже те из руководителей, что пытались с разбегу что-то починить и отреформировать в изрядно поломанном механизме организации, просто не успевали это сделать. Власть предержащие были всегда заинтересованы в том, чтобы иметь своего руководителя в МУПе – умные были не нужны, нужны были верные. Очевидно, что на то была и «тема», и «схема». Так что коррупционная коррозия – это ещё один фактор банкротства «Водоканала».
Говоря о схемах, следует вспомнить одну весьма популярную, практиковавшуюся в нашем городе, в частности, на примере «Теплосети». Речь об искусственном доведении до банкротства с последующей продажей активов предприятия с молотка. Имела ли место такая попытка в отношении «Водоканала» - вопрос спорный. Лично я считаю, что причин обанкротиться у предприятия было и без того немало.
Экономически обречён
Несколько лет назад как-то «внезапно» обнаружилось, что, оказывается, 90% сетей «Водоканала» имеют стопроцентный износ, средний возраст автопарка предприятия – 30-40 лет, большинство сотрудников находятся в пенсионном и предпенсионном возрасте, а убытки превышают доходы. Всё это – тот самый кумулятивный эффект отсутствия инвестиций и какой бы то ни было стратегии развития.
Сегодняшним руководителям «Водоканала» можно посочувствовать. Они находятся в ситуации острой необходимости ремонта и замены почти всего и вся. Но где на это взять денег?
Такой вопрос вряд ли стоял бы перед предприятием, если бы оно являлось реальным монополистом в городе. Но монополия мнимая. Настоящий монополист тем и неуязвим, что в условиях отсутствия конкуренции имеет возможность почти беспредельно поднимать цены на свои товары и услуги. Единственным потолком для него является покупательная способность клиента, основанная на маржинальной потребности. А потребность горожан в водопроводе и канализации сомнению не подлежит, так что возможности для роста цен тут вполне себе перспективные.
Однако, «Водоканал» выставляет потребителям не цены, а тарифы. И тарифы эти устанавливаются не предприятием, а специальным профильным комитетом в Правительстве Московской области. То есть, не важно, сколько денег требуется «Водоканалу» на «поддержку штанов» и ремонт сетей – его предел доходов ограничен сверху, и притом весьма жёстко. Эту ситуацию можно проиллюстрировать на примере гипотетической управляющей компании. Попробуйте остаться на плаву, если большая часть жилфонда в вашем обслуживании – это старые разваливающиеся хрущёвки, а денег с жильцов вы можете взимать ровно столько, сколько разрешает вам губернатор, желающий остаться в глазах пенсионеров, в этих хрущёвках проживающих, справедливым и добрым.
На тарифы нашего «Водоканала» жаловаться вообще грешновато: чуть больше 20-ти рублей за кубометр воды, добытой из артезианских скважин. Самую дешёвую воду в супермаркете можно приобрести по цене где-то в 5 рублей за литр. Если посчитать, сколько берёт с нас за литр воды «Водоканал», то получится 2 копейки. И при этом многие горожане даже этого не платят, иной раз предпочитая копить долги годами.
И тут опять нельзя не вспомнить о неэффективность работы самого МУПа, ведь долгие годы там просто не существовало отдела контроля платежей. Контролировали бы – и долгов таких бы не накопилось.
Стоит упомянуть и о том, что, хотя администрация города является сегодня основным учредителем «Водоканала», она то и дело подкидывает ему проблем: то бесплатно мобилизуют бригады организации на срочный ремонт чужих сетей, то повесят несколько десятков километров бесхозяйных и изношенных трубопроводов на плечи предприятия… Просто потому – что больше это потянуть некому. А вот дотации и инвестиции со стороны муниципалитета, региона или федерации не то, что бы идут медленной поступью – их нет вовсе.
Итоги и перспективы
Подводя итоги, можно сказать, что единую причину для банкротства МУПа назвать сложно. Всё зависит от того, какому элементу причинно-следственной цепочки отдать предпочтение. Если бы не низкие тарифы и отсутствие дотаций, то «Водоканал» мог бы и не банкротиться. Если бы предыдущие годы были потрачены не на смену директоров-временщиков и коррупционные схемы, а на оптимизацию, вложения в производство и повышение эффективности, то и дотаций бы не потребовалось, и нынешних тарифов бы хватало. Если бы на предприятии в ключевой момент появилась бы команда эффективных менеджеров, уповающих не на бюджет, а на частные инвестиции, то не было бы ни коррупционных схем, ни инертного фатализма с полаганием на бюджетное вспомоществование. А если бы не перестройка и развал СССР… Но это уже совсем другая история, для ностальгирующих.
Было бы неправильно завершить эту статью на столь безнадёжной ноте. Надежда на спасение предприятия и его дальнейшее развитие есть. И заключается она в масштабных инвестициях. На наш местный бюджет полагаться, конечно, наивно. Но вложения могут последовать из областной и федеральной казны - естественно, при участии частных инвесторов. А вот последние вложатся в наш «Водоканал» крупными и длинными деньгами лишь тогда, когда поверят в прозрачность и эффективность менеджмента предприятия. Справится ли с этой задачей нынешнее руководство «Водоканала» - вопрос открытый.
Виталий Селищев
Комментарии
RSS лента комментариев этой записи