14 октября 2013
Наш автор смотрит картины, идущие большим экраном в Сергиевом Посаде, и делится впечатлениями.
Этот фильм, боюсь, не покажут в Сергиевом Посаде. Более того, есть подозрение, что он может не выйти в широкий прокат в России, несмотря на то, что был отмечен на международных кинофестивалях.
Это я попала на фестиваль независимого кино «2morrow» и, так как до сих пор нахожусь под сильным впечатлением, решила поделиться оным. Тем более, пространства интернета пока ещё беспредельны, и при желании зритель может найти всё.
Тему однополой любви давайте оставим за кадром вообще, так как в последнее время, по-моему, больше ни о чём так много не говорят. Эта история могла случиться с человеком любого пола и любой ориентации.
По моим ощущениям, есть явная сюжетная схожесть с фильмом «Догвилль» Ларса фон Триера, а также с фильмами Хичкока (хотя режиссер клянётся, что Хичкока впервые посмотрел после того, как «Том на ферме» был уже снят), а также с «Теоремой» Пазолини.
Лирический герой Том (которого должен был играть Калеб Лендри Джонс, но в последний момент отказался, и его заменил сам режиссёр Ксавье Долан) приезжает на похороны своего друга в заброшенную деревню, на ферму.
На ферме проживают мать и брат покойного друга. Они безусловно находятся во власти горя, но при этом абсолютно безумны и замкнуты в своем странном мире.
И постепенно (как это происходило в «Догвилле») они полностью подчиняют себе главного героя (Тома), заставляют его работать на ферме, периодически его избивают, но вместо того, чтобы уехать от них, он теряет чувство времени и начинает осознавать «фермеров» как свою семью, а этот неожиданный поворот событий – как «настоящую жизнь».
Это история о безумии и жестокости, о том, как сложно восполнить боль потери, о том, как причудливо смешиваются чувства в душе человека. При всём своём безусловно авторитарном и жёстоком поведении семья покойного друга привязывается к Тому, и он становится частью их жизни.
Это история о том, как человек попадает в невыносимые для себя условия, но не может выйти из этой ситуации, и, более того, привыкает к ним, полностью принимает условия игры.
Это история о том, как гибки пределы допустимого.
И о том, что всё же иногда получается проснуться (разозлившись или из остатков инстинкта самосохранения) и – убежать.
Отдельно пара слов о Ксавье Долане. Этакий «маленький принц артхауса». При своём более чем юном возрасте (24 года) он уже снял 4 спорных, пронзительных и талантливых фильма.
Конечно, избежать сравнения с Франсуа Озоном ему не удалось, но, на мой взгляд, Озон всё же циник, а Долан намного более человечен.
Катя Копьёва
Добавить комментарий